Чем израильские выборы отличаются от российских: взгляд новой репатриантки

Меня стали интенсивно учить уму-разуму. Продавцы на рынке потихоньку начали среди меня кампанию «Бриан — это голова» и «Чемберлен все-таки тоже голова». Ну, в израильских реалиях, конечно. Чем меньше времени остается до выборов, тем более яркой становится картина непримиримого противостояния конкурирующих политических сил.

Я довольно много лет прожила в России, где сначала на выборы ходили, потом — не ходили. Именно так, согласно некоторым источникам, Анатолий Собчак в 1996 году проиграл выборы в Санкт-Петербурге Владимиру Яковлеву — его сторонники были уверены в победе своего кандидата и не стали возвращаться с дач в воскресенье, чтобы проголосовать. Впрочем, есть версия, что Собчак был обречен проиграть в силу развернутой против него дискредитационной кампании федерального масштаба. Но страсти кипели. Будущий счастливый соперник публиковал открытое письмо, в котором упрекал своего шефа Собчака в невнимании к хозяйственным нуждам горожан… Узнаете?

Потом, когда уже было ясно, что Путин идет на бессрочное царствование, снова пытались ходить. Помню, как до хрипа ругалась с собственным отцом в 2000 году, когда он доказывал мне: Путин — другой чекист. Я говорила, что других чекистов не бывает. И добавляла, что прошу отца не обрекать, в частности, меня — жить «под чекистом». Папа умер в мае двухтысячного и последствий прихода к власти Путина не увидел.

На закрытом в марте 2022 года радио «Эхо Москвы» выборы были крайне тяжелой порой. В период, когда выборы были, сквозь нас проходили все возможные кандидаты, про них надо было помнить все, что можно… Однажды, к президентским выборам 1996 года, я поехала интервьюировать покойного генерала Лебедя. И спросила, нравится ли ему его персонаж из программы «Куклы» — помните,