Бестемьянова: мы можем гордиться, что первые находки для Ханю были сделаны вместе с нами

Олимпийская чемпионка 1988 года в танцах на льду Наталья Бестемьянова рассказала, как стала хореографом в фигурном катании и поделилась, чем может гордиться в своей профессии. «Когда я сама ещё была в спорте, то был такой момент, что я каталась совсем одна, будучи ещё одиночницей. Тренер ушла в декрет, поэтому я одна и болталась.

И вот тогда я начала что-то придумывать себе сама. Я получала от этого такое наслаждение: до сих пор это помню! А ведь вообще-то у меня не очень хорошая память на то, что было раньше. Но тогда я что-то придумывала, и для меня это было очень ярко.

Позже, уже в танцах на льду, я всегда знала, что, когда мы ставим программы, если я сама не включусь, то хорошей программы не получится. Не потому что я не доверяла тренерам и хореографам, а потому что я чётко понимала, что от исполнителя, от его творческого потенциала зависит очень многое.А когда я закончила спортивную карьеру, то у меня появилась возможность учиться в ГИТИСе. Мой муж Игорь Бобрин в этот момент работал в ГИТИСе хореографом-балетмейстером фигурного катания.

Я поступила в ГИТИС, и такое количество этюдов, которые мы там делали, какие-то номера, которые я должна была представить на экзаменах и которые я ставила с артистами нашего театра, вселили в меня уверенность, что я могу что-то придумывать, могу что-то делать оригинальное, и это нравится и зрителям, и исполнителям, и специалистам, которые оценивали номера. Несколько моих экзаменационных работ потом шли в нашем театре, где я работала. Слава Богу, Игорь позволял ставить мне их в программы! Всё это вселило в меня уверенность.Потом мы уже начали работать с программами французского дуэта Моньотт/Лаванши.