Альфред Кох: Малочисленность этой войны невольно ставит ребром этот вопрос

Сейчас только ленивый не проводит аналогии между Великой Отечественной войной и нынешней «спецоперацией». Конечно есть между двумя этими войнами много общего. Например, террор на оккупированных агрессором территориях или попытки агрессора объявить начатую им войну превентивным ударом, пишет бывший вице-премьер России Альфред Кох. Очень много совпадений и в идеологии «Русского мира» и «Третьего Рейха», «спасение соотечественников, находившихся под гнетом...» и т.д.

«Нас вынудили», «мир был глух к нашим призывам», «у нас не осталось выбора», «безопасность государства была под угрозой» и т.д. Совпадения, порой, почти текстуальные. Так же важным элементом в обоих случаях была поддержка Западом жертвы агрессии.

И тогда и сейчас возникли коалиции, которые, в конечном итоге, в первом случае, нанесли поражение агрессору, и во втором случае, скорее всего, его тоже ему нанесут. Можно еще долго обсуждать, чем похожи эти две войны. Однако, мне кажется, что важнее отметить то, чем они отличаются.

Первое, что бросается в глаза, так это «малолюдность» последней войны по сравнению с первой. Тогда в боевых действиях участвовали огромные армии по 7 — 15 миллионов человек. Сейчас же в войну вовлечены в разное время от 100 до 250 тысяч человек с каждой стороны.

Это огромная разница. И, поскольку воюет сравнительно небольшое число солдат, то, соответственно, и потери, при всей их трагичности, тоже небольшие относительно общей численности населения. А это значит, что «война не пришла в каждый дом».

И скорее всего — не придет. Это особенно ярко видно на примере России, поскольку ее население в 3,5 раза больше украинского и, следовательно, трагедия войны почти не доходит до основной массы граждан. Они смотрят на нее как на