Аэроразведчик Александр Солонько: Мы сталкиваемся здесь с общей проблемой – у нас тупо меньше ресурсов

Твиттере .В первые месяцы полномасштабной войны мы добились быстрых результатов на поле боя, широко используя гражданские дроны. Такой как DJI Mavic, выполнявший и продолжавший выполнять безумный объем работы на первой линии. Их начали модифицировать под ударные коптеры.До сих пор появляется много видео, где с помощью маков делают сброс гранаты на противника.

Так уничтожается пехота и даже серьезная техника.Кстати, сбросы с коптеров не являются изобретением этой войны. Такое решение использовалось на Ближнем Востоке, в частности, во время битвы за Мосул боевики ИГ использовали для этого DJI Phantom.Более того, очень много видео уничтожения враждебных целей артой и другими средствами – тоже снято обычными гражданскими дронами. Затем эти кадры расходятся по сети, их смотрят, обсуждают, анализируют.

Их изучают и оккупанты.Россияне увидели, сколько проблем это доставляет им и пошли одновременно двумя путями, как они это делают постоянно. Начали бороться с этим и начали перенимать тактику, а также масштабировать, пытаться обогнать нас в этом компоненте.Это касается и работы на первой линии, и "крыльев", обеспечивающей более глубокую разведку и корректировку, и ударных беспилотников дальнего радиуса поражения.А борьба идет в небе и на земле. В окопах, командных пунктах, кабинетах инженеров и программистов.

На электромагнитных волнах. Врага нужно обнаружить и уничтожить, вражеский дрон нужно сбить или посадить. Собственное место замаскировать и оборудовать с помощью подачи сигнала.Российские оккупанты понимают, сколько проблем им создают наши военные с говорящими, экипажи аэроразведки стали важной мишенью.