«Я заплакал. Не знал, что делать». Роман Костомаров — о согласии на ампутацию

Олимпийский чемпион по фигурному катанию Роман Костомаров рассказал о том, как дал согласие на ампутацию. Из-за долгого нахождения под аппаратами, поддерживающими жизнедеятельность у Костомарова начал развиваться некроз периферийных сосудов, без операции было не обойтись. «Я помню свои черные кисти, пальцы все согнуты… Ноги опухшие, чёрные, будто я подвернул и сломал их восемь раз, какой-то ужас.

Я весь замотанный в каких-то йодовых бинтах… Я помню, что доктора всё время просили меня пошевелить (пальцами). Я пытался двигать ими, но эти обугленные пальцы уже не двигались. Где-то в кистях ещё что то можешь сделать, но пальцы сами не двигались.

Только чуть-чуть туда и обратно. Даже в таком коматозном состоянии я понимал, что что то ужасное происходит. По кино про Эверест, про восхождения я знал, что когда обмораживаешь (конечности), то происходит такая фигня, кровоснабжение перестаёт доходить туда.

Я понимал, что происходит полная «ж», но не осознавал ужаса до того момента, пока не пришёл главный врач Коммунарки Денис Николаевич (Проценко) и не сказал: «Нам нужно твоё согласие на то, чтобы ампутировать стопы ног. И также с кистями рук. Тянуть нельзя, нужна срочная операция».

Я заплакал. Я не знал, что делать. Это ужасно, что произошло.

Это не только ужасно больно, это просто изменило мою жизнь, она стала другой. Мягко говоря, более тяжёлой. Но я понимал, что другого выхода нет.

И я дал согласие» — сказал Костомаров в программе «Секрет на миллион». Материалы по теме «Сам не знаю, как выжил». Первое интервью Костомарова после ампутации и протезирования