О фильме "На западном фронте без перемен"

Schlamm und Blut, или Картины обречённости

1917 год. Пауль Бергер и его друзья, вдохновлённые патриотическими речами, вступают в ряды славной германской армии. Впереди их ждут полтора года бесконечной "окопной" войны, грязь, кровь, мясо, смерть.

Очередная экранизация одного из самых ярких антимилитаристских высказываний в литературе XX века. Экранизация, которая хочет не только заново актуализировать прекрасный роман Эриха Марии Ремарка, но и дать ему наиболее объёмное и точное изображение. Притом что сам по себе текст немецкого классика здесь - это больше материал и не более чем основа, на которой возводится новая история со знакомыми именами.

В фильме отсутствуют некоторые важные моменты книги (к примеру, отпуск Пауля), сама история друзей и их отношений на фронте сведена к череде потерь и смертей, а сама история вводит новых персонажей и обретает дополнительную монтажную линию (сегмент о подписании перемирия в Компьенском лесу), звучащую контрапунктом и усиливающую тот тупой, "мясной", невыносимый в своей бессмысленности трагизм, который своими телами переживают Пауль, Качинский и другие.

Однако эти изменения в тексте, сделанные для экранизации, явно в какой-то мере упрощают картину. Перед зрителем - классическая, традиционная повествовательная форма, существующая в рамках привычных схем. Форма, которая всё же и здесь - от довольно внушительного хронометража ли, от чего-то другого? - свелась к набору сцен, медленно перетекающих друг в друга, но существующих словно автономно. Каждая из них лишь заявляет определённый тезис, классически, без авангардных причуд, с подчёркнутым эстетизмом реализует его - и сменяется другой. За этим нет глубины, основательного взгляда, есть только перебирание нужных элементов схемы, истории