Луганский корректировщик

АТО от первого лица: «Поставили столы, подходишь с паспортом, называешь имя-фамилию, тебе дают автомат из СБУшной оружейки и вот ты с вот этим дядей — это твой старший. Следует также отметить, что костяк этого движения составило всё отродье со всей области: конченые наркоманы, алкоголики, зечьё ...»

Он никогда не отличался патриотизмом. Но уже после начала событий в Луганске начал проявлять активную позицию в соцсетях, потом на него вышла украинская разведка, и он ей помогал. Летом 2014-го попал в плен. И, в принципе, очень чудесно из него вышел.

Мы встретились с ним 29 ноября, когда на Майдане отмечали годовщину разгона студентов. На вид Александр обычный донбасовец, его рассказы так подробны и пугающие, что иногда хочется думать, что это выдумка. Но героев его рассказа и события легко найти в соцсетях.

Хочу сразу сказать, что я никогда не отличался особым патриотизмом. И к Майдану было нейтральное отношение — до момента расстрелов. У нас на это никто не обращал внимания, все ходили на работу, жили как и раньше. С Антимайданом было всего два пути: либо не ехать вообще, либо ехать в качестве. Давление было очень большое. Но многие были не против и сами, сепарское движение с них и началось. У нас по телевизору принято говорить, что всё начали «вежливые человечки». Они действительно были, это всё правда, были группы, чётко скоординированные… Но за ними стояла третья часть Луганска, реально местные жители, которых я знал. То есть сказать, что это всё привозные — это не правда. С Луганском произошло то, чего хотело активное большинство. Половине населения было просто наплевать.

Я же начал конкретно предпринимать какие-то действия, когда в марте у нас начались захваты госучреждений. ОГА захватывали дважды. Первый раз захватили — объявили отставку губернатору и бросили. Тогда проукраинские активисты начали координироваться через социальные сети, через группы «ВКонтакте» и собираться на проукраинский митинг там же, под памятником Шевченко. Всё бы ничего, пока в один прекрасный день нам не наваляли там. Прибежали вот эти в балаклавах, самые активные, конечно, «русня». Смело могу так говорить, потому что они не знали расположения города. Их небольшая куча, может около 50 человек. Но за ними, за горизонт уходящая, толпа ликующая: «Рассия!». Ну, мы разбежались, кому-т...