Голодомор. От повторения трагедии спасет своя государственность, оружие и память народа

Хорошо помню время, когда тема Голодомора в Украине превратилась из перешептывания потомков тех, кому удалось выжить, в тему общегосударственного уровня.Когда о массовом спланированном убийстве миллионов граждан, о границах между селами и трупах на улицах начали говорить.Именно тогда – в середине нулевых – я, студент университета, впервые изложил на бумаге то, что мне рассказывали родители о тех лютых временах.И история лишь доказывает, что от повторения такой трагедии не спасут международные договоры, меморандумы, бумажки, обеспокоенность и акции поддержки.Спасет только своя государственность, оружие и народ, который не просто не согласен молча умирать по домам. А помнит тех, кто умер такой ужасной смертью, и не желает подобной судьбы своим детям."Моя бабушка, Филиппова Раиса Федоровна, (мама моей мамы, Сененко Натальи Борисовны), в 1932-1933 годах проживала в Черниговской области, в Семеновке.

Ей тогда было всего пять лет, поэтому помнит она мало.В те времена большую семью из шести человек спасала корова – единственная кормилица. Маленькая девочка ходила в колхозный детский сад.

Мама моей бабушки Раи, Анастасия Михайловна, каждое утро наливала в полулитровую бутылочку молоко и давала с собой, чтобы там сварили ей кашу и накормили.Хлеба в сегодняшнем понимании не было. Состав этого продукта был довольно разнообразным: сушеная и перетертая шелуха от картофеля (если было), отруби и немного муки.

Иногда варили на всю семью ведро щавеля с двумя картофелинами.Когда на полях появлялись цветы, маленькая Рая высасывала нектар из настурции, ела калачики, жевала цветки клевера. В 1933 году, когда еды не стало совсем, семья уехала в Беларусь, где с продовольствием было легче.

Отец шил ботинки день и ночь. Средств хватило на то,